анонсы статьи
новости
16.5.2016
Патриарх Кирилл призывает сообща остановить эпидемию СПИДа

15.5.2016
Соратник папы считает вопрос о возможности получения женщинами сана диакона противоречивым

14.5.2016
В синагоге Петербурга в Ночь музеев пройдет показ еврейской моды

12.5.2016
Православная церковь выпустила обновленный гид для бездомных

11.5.2016
Третья церковь сожжена за этот год в Танзании

10.5.2016
В Москве собрали более 700 тыс. рублей на организуемый православными детсад для детей с ДЦП

28.4.2016
В Москве раздадут 50 тыс. пасхальных ленточек

27.4.2016
Керри отметил влияние религии на внешнюю политику

29.5.2015
В Москве пройдет лекторий для СМИ, посвященный социальной концепции Русской Православной Церкви

27.5.2014
34-й Съезд евангельских христиан баптистов России
Рождественская лестница. Поклонение пастухов

Игорь Попов, Москва

Живопись – особенный вид изобразительного искусства. С каждым художником, вошедшим в мое культурное пространство, и созданным им миром у меня устанавливается особенная связь. В детстве я открывал для себя эти миры через альбомы живописи, которыми была богата наша поселковая библиотека. Я мог часами сидеть между полок около окна, бережно перелистывая тяжелые глянцевые страницы с репродукциями и словно путешествуя по картинам и мирам, становясь пытливым наблюдателем разнообразных сюжетов картин.

И только впервые попав в художественную галерею (это была Третьяковская галерея в Москве) я вдруг не просто осознал, но почувствовал всем своим существом, что каждая картина таит в себе космос – особое пространство, созданное художником. Оно объемно и безгранично, потому что каждый штрих или деталь наполняется своим настроением, атмосферой и смыслом. Я помню как завороженно смотрел на «Явление Христа народу» Александра Иванова, пытаясь вместить в себя эту галактику. Меня поразил не только масштаб картины (до этого момента я таких масштабных полотен не видел), но и мельчайшие ее детали. Мне даже стало казаться, что я слышу звуки и голоса героев картины, чувствую запахи.

Творчество великого итальянского живописца Микеланджело Меризи да Караваджо вошло в мою жизнь довольно поздно, но я очень хорошо помню то особенное ощущение от его картин, которое испытал. Это ощущение до сих пор не покидает меня, когда снова и снова обращаюсь к его творчеству. В творчестве Караваджо библейские сюжеты занимают особенное, если даже и не основное место.

Один из крупнейших мастеров барокко, Караваджо сыграл большую роль в развитии западноевропейского искусства. Его творчество оказало влияние не только на итальянских художников, но и на многих живописцев других стран Европы. По имени Караваджо это реалистическое направление конца XVI – начала XVII века получило название «караваджизма». Он был одним из первых художников, кто применил манеру письма «кьяроскуро» — резкое противопоставление света и тени. Интересно, что художник свои сложные композиции сразу реализовывал на холсте, не пользуясь эскизами и набросками.

Микеланджело Меризи, прозванный позднее Караваджо, родился 28 сентября 1571 (по другим данным – 1573) года в небольшом местечке Караваджо, что в Ломбардии. После смерти отца, служившего управляющим в дворянском поместье, одиннадцатилетний мальчик был отправлен в Милан для обучения живописи у художника Симоне Петерцано, считавшегося учеником Тициана. В 1592 году Микеланджело переехал в Рим. Он поступил в мастерскую Кавалера д'Арпино, известного живописца. Тот поручал молодому художнику в основном писать цветы и фрукты. Неудивительно, что они присутствуют в первых картинах Караваджо.

В то время художник, не имея возможности оплачивать модели, писал себя самого, глядя на отражение в зеркале. Уже в первых выполненных в Риме работах: «Мальчик с фруктами» (около 1593), «Вакх» (около 1593), «Гадалка» (около 1594), «Лютнист» (около 1595) он выступает как смелый новатор, бросающий вызов эстетическим нормам своей эпохи. Свои модели художник ищет в народной среде, порой, быть может, не без вызова господствующим эстетическим идеалам, он пишет людей, противостоящих «добропорядочному» обществу.

У Караваджо завязываются отношения с одним из поставщиков картин, который «помогает ему сбыть несколько своих полотен». Главное же он представляет его кардиналу дель Монте, «который из весьма большой склонности к живописи» берет к себе в дом художника, предоставляя ему «место и харч» – другими словами, помещение, питание и вознаграждение.

Для кардинала Караваджо создал в середине девяностых годов несколько произведений. Среди них две одинаковые по величине и близкие по содержанию картины: «Музыка» и «Лютнист». В первой художник удачно передал состояние творческого вдохновения юных музыкантов. «Лютниста» лучшее из всего, созданного им ранее, по свидетельству современников, Караваджо очень любил.

Постепенно задачи, которые ставит перед собой художник, усложняются. В таких произведениях, как «Жертвоприношение Авраама» и «Юдифь», есть попытка передать драматическое действие. И это драматическое действие Караваджо черпает именно из трагических и величественных библейских повествований.

С годами мастерство Караваджо совершенствовалось. Он уже чувствовал в себе силы приняться за большое, значительное произведение. Первый большой заказ Караваджо удалось получить с помощью своего покровителя кардинала дель Монте. Художнику предстояло выполнить серию картин из жизни св. Матфея для капеллы Контарелли в церкви Сан‑Луиджи деи Франчези в Риме. До 1600 года он пишет четыре живописных полотна – «Св. Матфей» (два варианта), «Призвание св. Матфея» и «Мучение св. Матфея». Работы, выполненные для капеллы Контарелли, принесли ему славу, хотя и весьма противоречивую. Одних привлекала необычность его живописной манеры, смелость и большое мастерство, других возмущала «грубость» его типажей.

В начале нового века Караваджо создал самые значительные произведения. Для капеллы Черази в церкви Санта‑Мария дель Пополо в Риме им были исполнены две картины: «Распятие св. Петра» и «Обращение Савла». Художник использует в своих картинах сложнейшие ракурсы, мастерски используя игру света и тени, ставшей его фирменным художественным приемом.

В 1601–1604 годах Караваджо создал «Положение во гроб». Оно было исполнено по заказу для церкви Санта‑Мария ин Валличелла в Риме. Это произведение имело большой успех не только у почитателей Караваджо. Даже враги должны были признать его высокие художественные достоинства. О популярности этого произведения свидетельствуют многочисленные свободные копии с него, сделанные Рубенсом, Фрагонаром, Жерико, Сезанном.

Известный историк живописи Джорджо Бонсанти пишет об этой картине: «В композиции господствует строго рассчитанное равновесие; физическая тяжесть тела Христа воспринимается как тяжесть душевного страдания, как горе всего человечества. Святой Никодим, изображенный справа, оборачивается в сторону зрителя и между ними возникает психологическая связь, которая заключает в себе и особый смысл: сцена показана с точки зрения снизу вверх, как бы видимая из гробницы, куда вносят тело Христа, и кажется, что персонажи картины вот‑вот передадут его если не собственно зрителю, то кому‑то, кто находится рядом с ним. В результате зритель отождествляет себя с участником сцены и полностью вовлекается в событие».

Вершиной творчества Караваджо явилась исполненная им в 1605–1606 годах большая картина «Смерть Марии». К сожалению, «Марию» постигла та же судьба, что и ряд других произведений Караваджо. Она была отвергнута заказчиками, которые нашли, что картина написана неподобающим образом, мадонна лишена благородства, а в ее лице недопустимо наглядно показаны признаки смерти.

Караваджо отличался буйным нравом. Исходя из всего этого, вряд ли можно считать случайным происшествие 31 мая 1606 года, когда в ссоре, возникшей во время игры в мяч, Караваджо убил Рануччо Томмазони из Терни. Сам он тоже был ранен и скрывался в семье своих аристократических друзей Колонна.

Караваджо вынужден был покинуть Рим. Эти скитания, постоянное столкновение и борение художника со своим бурным нравом и греховностью еще больше напрвляют Караваджо к страницам Библии, где он ищет ответы на мучившие его вопросы. Ему приходится постоянно переезжать из города в город. В Неаполе Караваджо написал большую картину «Мадонна с четками», где использовал традиционную схему построения композиции с мадонной в центре на возвышении и отказался от светотеневых контрастов, дав рассеянное освещение. Там же он написал другое большое полотно «Семь деяний милосердия» для церкви Пио Монте делла Мизерикордиа.

В 1607 году Караваджо перебирается на остров Мальта. Он пишет портрет гроссмейстера Мальтийского ордена Алофа де Виньякура и в награду возведен в сан кавалера Мальтийского ордена. Любопытно, что ордену художник был обязан портрету, в котором дал яркую характеристику самодовольного, жестокого и неумного человека. И снова несносный характер подводит художника. Вступив в конфликт с могущественным вельможей, он был брошен в тюрьму и осенью 1608 года бежал на Сицилию.

Рассчитывая на прощение, он решает вернуться в Рим и для этого нанимает фелуку. По ошибке в Порто‑Эрколе он был арестован тосканскими властями и препровожден в тюрьму. Когда недоразумение выяснилось и его освободили, фелуки уже не было: она исчезла вместе со всем его имуществом. Обобранный, полубольной художник хочет отправиться в Рим пешком, но страшный приступ лихорадки оказался для него смертельным. 18 июля 1610 года он умер в Порто‑Эрколе.

Именно на Сицилии в 1609 году, за год до своей смерти, Караваджо написал свой гениальный шедевр «Поклонение пастухов». Сюжет картины переносит зрителей картины к евангельским событиям Рождества Христова. Впервые пастухи появляются на страницах Евангелия, когда вскоре после рождения Младенца, им, работавшим неподалеку от Вифлеема, является ангел и сообщает о рождении Мессии.

Из толкования отдельных мест Талмуда следует, что Мессия должен был родиться в «башне стада» близ Вифлеема. В этом месте паслись стада, предназначенные для храмовых жертв и, следовательно, пастухи были связаны с Иерусалимским храмом. Ангел, возвестивший именно пастухам о рождении Спасителя, сделал это с целью показать, что наступает время, когда не нужно будет им более выращивать скот для заклания, так как жертву за грехи человеческие принесет Сын Божий.

Караваджо обращается к сюжету о поклонении пастухов, словно сам хочет причаститься к тому свету и радости, которые обрели герои картины у ног родившегося Младенца. Здесь, возле яслей, у которых стоят мул и бык, прямо на земле, на охапке соломы, в луче теплого золотистого света примостилась Мария с младенцем и преклонившие перед нею колени Иосиф и пастухи. Эмоциональная наполненность всего пространства картины чувством радости и душевной теплоты проистекает не столько от переживаний героев, а как бы из самой среды, где произошло торжественное событие - рождение Христа. Чувство это наполняет атмосферу помещения, оно окрашивает собой каждую деталь полотна.

Полотно Караваджо – глубокая евангельская проповедь средствами живописи, когда ты не просто понимаешь, осознаешь важность произошедшего момента, но начинаешь чувствовать значение и торжество Рождества, его непреходящую ценность в жизни каждого человека, который становится рядом с пастухами и не может быть равнодушным от наполняющего хлев света и радости.
Учит ли христианство презирать эту жизнь?

Чему нас учит Сретение Господне?

Короткие размышления к Международному дню радио

О христианском радио

"Смотри, чтобы не надмилось сердце твое"

Я и радио – краткая история болезни

Ибо всякая плоть - как трава

Рождество среди тревоги и скорби

Приоткрыть дверь в Рождество

Рождество Христово

Рождественская лестница. Поклонение волхвов

Менеджмент vs душепопечение?

Рождественская лестница. Каким мы видим Христа?

Почему христианство такое закрытое?

Утешение больной совести

Рождественская лестница. Каждый день к Рождеству

Преподобный Максим Исповедник и споры о погибели

Бог и первый контакт

Трудные вопросы и современный мир

Об идеологической ностальгии
  Следующие 20 >>