анонсы статьи
новости
16.5.2016
Патриарх Кирилл призывает сообща остановить эпидемию СПИДа

15.5.2016
Соратник папы считает вопрос о возможности получения женщинами сана диакона противоречивым

14.5.2016
В синагоге Петербурга в Ночь музеев пройдет показ еврейской моды

12.5.2016
Православная церковь выпустила обновленный гид для бездомных

11.5.2016
Третья церковь сожжена за этот год в Танзании

10.5.2016
В Москве собрали более 700 тыс. рублей на организуемый православными детсад для детей с ДЦП

28.4.2016
В Москве раздадут 50 тыс. пасхальных ленточек

27.4.2016
Керри отметил влияние религии на внешнюю политику

29.5.2015
В Москве пройдет лекторий для СМИ, посвященный социальной концепции Русской Православной Церкви

27.5.2014
34-й Съезд евангельских христиан баптистов России
Капитан Каравеллы

Игорь Попов, Москва

Владислав Крапивин
Владислав Крапивин
Когда мы говорим о классиках литературы, то перед мысленным взором предстает перед нами суровый лик, смотрящий на нас со стены кабинета литературы. Предстает он перед нами в пантеоне других таких же ликов, и сразу как-то становится неуютно, будто ты присутствуешь на экзамене, и комиссия тобой весьма недовольна. И все же есть те счастливые люди, которые попадают в разряд классиков еще при жизни, избегнув этой суровой ассоциации.

14 октября исполнилось 78 лет Владиславу Петровичу Крапивину. На его произведениях выросло уже не одно поколение мальчишек и девчонок. И он по праву считается признанным мэтром детской литературы. Это писатель, творчество которого породило множество подражаний и с идеями которого многие писатели вступали в дискуссию. Достаточно вспомнить хотя бы писателя-фантаста Сергея Лукьяненко, который в повестях «Рыцари сорока островов» и «Мальчик и тьма» дискутирует с Владиславом Петровичем.

Я познакомился с мирами Крапивина, как многие советские школьники, еще в детстве. И началось это с повести «Мальчик со шпагой». Позже повесть стала частью одноименной трилогии, а сама повесть стала называться «Звездный час Сережи Каховского». Образ, созданный писателем, очень точно попал в мои системы координат. Именно поэтому творчество Владислава Петровича для меня долгое время было компасом, по которому я ориентировался в окружающем мире. Потом были другие книги, другие герои. Но первыми книжными героями, которым я безоговорочно поверил, были герои книг Крапивина.

Писатель родился в 1938 году в семье педагогов Ольги Петровны и Петра Федоровича Крапивиных в Тюмени. Его отец длительное время служил священником в Православной церкви. Его арестовали, потом отпустили. Один из друзей семьи, который работал в НКВД, предупредил, что отцу Петру нужно срочно уезжать, иначе — смерть. На тот момент в семье было двое детей: Людмила и Сергей. Петр Федорович отказался от сана, взял жену и детей, каким-то образом сделал новые документы, и уехал в далекую Тюмень, в захолустье к брату бабы Оли — Борису. Именно там и родился третий ребенок, которого назвали Владиславом.

Детство будущего писателя пришлось на годы Великой Отечественной войны. Петр Федорович ушел на фронт, Ольга Петровна стала работать в госпитале. В повести «Тень Каравеллы» Крапивин описывал лишения военного времени, с которыми столкнулся ребенком: постоянное чувство голода, суровые зимы и тревога за близких людей. После войны родители Владислава Крапивина расстались, у него появился отчим. Отношения с отчимом были сложными. Несмотря на все трудности и печальные события, писатель вспоминает свое детство как счастливое время, с которым ему не хотелось расставаться: долгие летние каникулы, футбол и воздушные змеи, купание в реке Туре, игры в разбойников и поиски клада, радость первой дружбы. Все то, чем живут и дышат мальчишки и девчонки в разные времена и эпохи.

Главным человеком в жизни Крапивина в эти годы была мать. Она читала сыну книги, прививала любовь к классической музыке. Во время войны самой доступной радостью для Крапивина было чтение. Он увлекался приключенческой литературой (Р.Л. Стивенсоном, Ж. Верном), сказками А.С. Пушкина и Н.В. Гоголя. Именно воспоминания детства стали для Крапивина источником вдохновения. Во многих его произведениях описан город, в котором можно узнать послевоенную Тюмень: заросший одуванчиками двор на углу, школа, старинная Спасская церковь и река (об этом он пишет в повестях «Сказки Севки Глущенко», «Острова и капитаны», «Ковер-самолет» и многих других). Вместе со своим другом Павлом Шадриным Крапивин играл в кораблики и мечтал о море и дальних странах. Об этих мечтах, любимых книгах и детской дружбе он позже писал в книге «Тень Каравеллы».

Крапивин с детства хотел стать писателем, сочинял стихи и сказки. В 5 лет он сочинил первые стихи, а в 8 лет попытался написать первый роман. Первая публикация Крапивина состоялась в 1956 году, когда он оканчивал школу: в газете «Тюменский комсомолец» было напечатано его стихотворение «Весна». В этом же году, после окончания школы, будущий писатель поступил в Уральский государственный университет имени Горького на факультет журналистики. Ему везло с учителями. Студентом он посещал литературный кружок под началом В. Н. Шустова - редактора журнала «Уральский следопыт». Окончив второй курс, Крапивин поступил на производственную практику в газету «Комсомольская правда», где трудился в отделе учащейся молодежи. Там он познакомился с еще одним важным для себя человеком – автором педагогики сотрудничества Симоном Соловейчиком.

Соловейчик был личностью во всех смыслах неординарной. Журналист, писатель, он оставил сотни статей и книги, посвященные педагогическим проблемам и бесчисленным их вариациям. Соловейчик в своих публикациях предупреждал: не от взрослых только зависят «плоды просвещения». Ребенок, подросток, юноша — равные соавторы в этом труде, а значит, либо жди от них сотрудничества, либо пожинай плоды своей насильственной педагогики. «Не жалуйтесь, — говорил Соловейчик, — но вдумайтесь в то, как вы взаимодействуете с ребенком, и как он воспринимает вас и ваши уроки». Этой простой мыслью начинается главная тема писателя и единственный ответ на родительские и учительские сомнения — педагогика должна быть педагогикой сотрудничества. Именно эти идеи горячо воспринял молодой журналист и писатель Владислав Крапивин.

Как начинающий литератор Крапивин, по собственному признанию, испытал большое влияние К. Г. Паустовского, изучал его творчество и даже был у него на похоронах. На совещании молодых писателей в Москве в 1963 году занимался в секции детской литературы под руководством еще одного легендарного советского писателя Л. А. Кассиля.

Первая книга автора — «Рейс «Ориона» — увидела свет в 1962 году. Ее выпустили в свердловском издательстве. Профессиональную деятельность Крапивин совмещал со своими главными увлечениями: морским делом и работой с детьми. В 1960 году он впервые побывал в Севастополе, о котором много читал, и увидел море. С тех пор Севастополь стал для Крапивина второй родиной. Впоследствии писатель посвятил этому городу несколько книг: «Давно закончилась осада…», «Трое с площади Карронад», «Шестая Бастионная» и др.

В 1964 году Владислав Петрович был принят в Союз писателей СССР. Биография этого писателя знает немало творческих достижений. В 1970-1980-е годы он был членом редколлегий изданий «Уральский следопыт» и «Пионер». В 2007 году автор вернулся в Тюмень, где получил звание профессора Тюменского государственного университета и занимался со студентами в школе литературного мастерства. 15 июня 2011 года в Тюмени появился музей Крапивина с экспозицией под названием «Славка с улицы Герцена». В ее состав входят вещи, напоминающие о творчестве и жизни писателя. Осенью 2013 года Владислав Петрович вновь перебрался в Екатеринбург. За свою литературную деятельность Крапивин издавался 200 раз. Его книги переведены на разные языки мира. С 2006 года учреждена Международная литературная детская премия имени Крапивина. Ее председателем является сам Владислав Петрович, она вручается в день его рождения - 14 октября.

В то же время Крапивин уделял много внимания детям, с которыми дружил (занимался с ними фехтованием, организовывал походы), и вскоре пришел к идее создания детского клуба. В 1961 году по инициативе Владислава Крапивина был основан детский отряд «Каравелла» — парусная флотилия, над которой в 1965 году взял шефство журнал «Пионер». Помимо морского дела члены отряда занимались спортивным фехтованием, журналистикой, изучали историю парусного флота. Владислав Крапивин руководил отрядом в течение тридцати лет. В настоящее время отряд возглавляют его выпускники. В 2006 году по инициативе отряда «Каравелла» Комиссия по символам Свердловской области присвоила Владиславу Крапивину герб с изображением корабля и девиз «Всегда двенадцать». Девиз выражает отношение писателя к жизни: Крапивин сохраняет ясный взгляд на мир и обостренное чувство справедливости, свойственное подросткам.

У «Каравеллы» была собственная клятва-девиз, которая полностью обозначала педагогическую направленность этого объединения: «Я вступлю в бой с любой несправедливостью, подлостью и жестокостью, где бы их ни встретил. Я не стану ждать, когда на защиту правды встанет кто-то раньше меня». В этом отряде Владислав Крапивин воспитывал новых романтических героев – смелых, бескорыстных, с обостренным чувством справедливости. Именно такими являются и герои его произведений. Владислав Петрович считает детство особым периодом в жизни каждого человека, равноправным со зрелостью, юностью и старостью, отстаивает принцип сотрудничества поколений (он до сих пор верен идеям своего учителя Симона Соловейчика) и говорит о необходимости присутствия во внутреннем мире каждого ребенка высокой идеи. Все это до сих пор находит отражение в творчестве писателя.

У каждого из читателей книг Крапивина свой корпус произведений любимого писателя. Для меня это, прежде всего, «Мальчик со шпагой», «Колыбельная для брата», «Голубятня на желтой поляне» и «Дети Синего Фламинго». Ну и, конечно же, его знаменитый цикл «В глубине Великого Кристалла». Цикл является логическим продолжением предыдущих работ Крапивина, прежде всего — трилогий «В ночь большого прилива» и «Голубятня на желтой поляне». В повестях цикла описывается Вселенная, представляющая собой совокупность множества параллельных миров, в целом составляющая некое подобие бесконечно большого многомерного кристалла («Великий Кристалл»). Каждая грань этого кристалла — отдельный мир, со своей историей, географией, со своим течением времени. Как и в обычных кристаллах, в кристаллической Вселенной нет идеальной упорядоченности: где-то ребра между гранями сглаживаются, где-то в толще кристалла могут оказаться трещины, где-то есть другие изъяны и аномалии. В мирах, находящихся на гранях, этим дефектам соответствуют различные «аномальные зоны», через которые иногда, при благоприятном стечении обстоятельств, можно попасть из одного мира в другой. Вселенная устроена так, что миры на соседних гранях похожи друг на друга: они могут иметь близкую, хотя и отличающуюся географию, там живут люди, говорят на похожих языках, уровень научно-технического и социального развития человечества примерно одинаков, хотя и различий очень много. Этот прием фантастических миров помог писателю раскрыть в произведениях сложные этические и философские проблемы.

Уже много написано о религиозных мотивах в творчестве Крапивина. Этой теме посвящена статья писателя и публициста Виталия Каплана. Сам Владислав Петрович относится к этой теме осторожно, но и не скрывает своих взглядов: «Я человек верующий, крещен в православной традиции и отношусь к православию с величайшим уважением, - написал он в статье «Струна и люстра. Мысли и заметки о ребячьих отрядах» (2006). - Еще в давние, семидесятые годы я пересказывал ребятам истории из Нового Завета (немало рискуя при этом) и давал своим юным капитанам читать Библию… Некоторые ревностно религиозные читатели моих книг, бывало, упрекали меня в излишне свободной (по их мнению) и спорной трактовке православных догм. Но я всегда старался в своих суждениях исходить из интересов детей. И помнил слова Спасителя: «Будьте, как дети».

С годами в произведениях Крапивина картина мира все более усложняется. Писатель сохраняет верность принципам конечной победы добра, справедливости, в то же время тем отчетливо показывает силу и жизнеспособность зла, в его произведениях есть и боль, и разочарование, и смерть, которые еще более усиливают нравственный и этический посыл автора. Иногда Крапивина обвиняют в жестокости по отношению к героям, но сам автор специально ставит своих персонажей в сложные обстоятельства, которые показывают настоящие характеры и верность принципам, невозможности компромисса со злом.

Книги Крапивина – это как раз тот самый случай захватывающего семейного чтения, когда вместе можно обсудить прочитанное и поговорить откровенно о сложных и неоднозначных вопросах, с которыми рано или поздно придется столкнутся нашим детям. Именно поэтому повести и романы Владислава Петровича станут проводниками к истинным, духовным ценностям. И это всегда труд над собой в поиске своих ответов на сложные вопросы.
 
 
Мы стоим на Скале

Какой вкус у льда? К юбилею Виктора Конецкого

Христиане и реакция на происходящее в мире

О печати зверя

О райском времени и вечности

Беспартийный Бог

Сверхъестественное присутствие

Может ли природа быть креативной?

Если Христос нас уже искупил, почему мы умираем?

Пасхальные чтения. Чехов накануне Пасхи

Пасхальные чтения. Пасхальные страхи Леонида Андреева

Пасхальные чтения. Амброз Бирс – по ту сторону жизни

Пасхальные чтения. Библия Просвещения

Испытания Клайва Льюиса

Почему Мессия еще не покончил с войнами?

Простыми словами

Новая жизнь палача

Религия - причина нетерпимости?

Могут ли обрести спасение добродетельные нехристиане?

Учит ли Библия жестокостям?
  следующие 20 >>