анонсы статьи
новости
16.5.2016
Патриарх Кирилл призывает сообща остановить эпидемию СПИДа

15.5.2016
Соратник папы считает вопрос о возможности получения женщинами сана диакона противоречивым

14.5.2016
В синагоге Петербурга в Ночь музеев пройдет показ еврейской моды

12.5.2016
Православная церковь выпустила обновленный гид для бездомных

11.5.2016
Третья церковь сожжена за этот год в Танзании

10.5.2016
В Москве собрали более 700 тыс. рублей на организуемый православными детсад для детей с ДЦП

28.4.2016
В Москве раздадут 50 тыс. пасхальных ленточек

27.4.2016
Керри отметил влияние религии на внешнюю политику

29.5.2015
В Москве пройдет лекторий для СМИ, посвященный социальной концепции Русской Православной Церкви

27.5.2014
34-й Съезд евангельских христиан баптистов России
Второй дубль

Игорь Попов, Москва

Представьте себе, что вы сидите в комнате, где монтируется фильм, а на мониторах, кадр за кадром, выложена ваша жизнь. Вы можете кликнуть мышкой по каждому эпизоду, просмотреть его, остановить, сделать крупнее лицо всех героев эпизода, снова и снова прокручивать слова, видеть жесты и выражения лиц, сделать стоп-кадр. Но главное – вы можете вырезать любой эпизод и сделать все, что вы хотели бы видеть в итоге. Каким бы сделали кино, будь вы режиссером своей жизни?

Иногда мы представляем свою жизнь как фантастический блокбастер. Но если бы у нас была возможность вернуться назад и исправить что-то, чего мы отчаянно стыдимся и из-за чего мы испытываем чувство вины, чтобы мы на самом деле сделали? Смогли бы изменить жизнь, и какая она стала на самом деле? Кто был бы рядом с нами? И какими бы мы были сами?

Даже эти вопросы становятся похожими на сценарий фильма. У нас сейчас принято ругать отечественный кинопром, скептично качая головой при виде очередного кинопостера. При этом ностальгия по старым советским фильмам, когда еще режиссеры, по мнению многих зрителей, еще не разучились снимать, а актеры не разучились играть, весьма велика.

В эти новогодние дни я решил дать шанс современному российскому кино, посмотрев те фильмы, которые, по какой-то причине, прошли мимо меня. Выбрал я несколько картин, запасся чаем и сладким, устроился в кресле, выключил свет, включил проектор и постарался погрузиться в киноистории, которые рассказали разные режиссеры.

Я все время думаю о том, почему один фильм захватывает нас с первых кадров, заставляя забывать про душистый аромат горячего чая, сопереживая героям, погружаясь в историю, пытаясь предсказать финал. С книгами мне все понятно. Ведь читая, я выступаю соавтором писателя, я словно снимаю свой фильм, озвучивая героев, наделяя их своими голосами, конструируя внешность, выстраивая мизансцены. Но как это происходит в кино? Ведь там все уже сделал за меня режиссер.

Фильм российского режиссера Олега Асадулина «Зеленая карета» вышел в прокат в 2015 году, а узнал я про него совершенно случайно. Я специально не стал узнавать, кто был его режиссером и сценаристом до просмотра, чтобы эта ненужная информация не повлияла на мое восприятие. И правильно сделал.

Фильм захватил меня с самых первых кадров. И нужно сразу отдать должное исполнителю главной роли актеру Андрею Мерзликину, который шаг за шагом погружает нас в драму своего героя – режиссера Вадима Раевского. Фильмы Раевского собирают огромную кассу в прокате и побеждают на самых престижных кинофестивалях. Его последний фильм даже выдвигают на «Оскар» от России. Вадима окружают красавица жена, талантливый сын, толпы поклонниц и зависть не столь одаренных коллег. Но в один миг вся его жизнь превращается в кошмар – сын Вадима бросается с балкона высотки. Раевский решает восстановить весь хронометраж трагедии сына, пытаясь докопаться до причины, толкнувшей сына к этому шагу.

Фильм удивительно зрительский. Ничего нового, мы, казалось бы, не увидели. Ну сколько уже снято фильмов на тему слома человеческой жизни, внешне весьма успешной, пока не скелеты не стали настойчиво выбираться из шкафов и портить глянцевую картинку? Но секрет фильма не в самом сюжете, даже не в той трагедии, которую переживает герой, а во взгляде на нее. И тут все работает на главную идею – и филигранная, сильная, рельефная работа Андрея Мерзликина, и яркая музыка DJ Грува, и великолепная операторская работа, и уникальный подход режиссера, позволяющий как раз нам самим стать соавторами фильма, попробовать себя в режиссерском кресле.

Мы словно присутствуем на съемочной площадке, полной дублей и замечаний режиссера. Профессиональная деформация в фильме становится основным приемом и движущей силой истории. Самые драматичные и страшные моменты герой фильма проживает дважды, одновременно являясь и главным действующим лицом, и режиссером-наблюдателем со стороны. И тогда становится понятным, почему вначале тебе казалась искусственной игра некоторых актеров, это не промах режиссера или исполнителей, это продуманный прием, с помощью которого режиссер усиливает ощущение искусственности жизни героя и ужаса сжигающей его трагедии.

Как настоящий профессионал Раевский способен отличить искренность в кадре от наигранности и позерства. Это очень напоминает прием Достоевского в романе «Братья Карамазовы», когда к Ивану Карамазову приходит бес, но сам он не может отличить реальность этого существа от своего собственного внутреннего голоса. В результате мы понимаем, что одержимость полностью поглощает Карамазова, он уже не может отличить реальность от вымысла, погружаясь в собственный ад.

Раевский точно так же встречается со всеми своими бесами. Он отказывается признать, что смерть его сына – это следствие его черствости, эгоизма, самовлюбленности и пошлости, в которую превратилась его жизнь. Сам он стал насквозь искусственным и пошлым. Он обвиняет в предательстве всех окружающих – жену, лучшего друга, девушку сына, только бы не осознать свою собственную ответственность и свои ошибки. И тогда жизнь Раевского превращается в съемки фильма, когда ему предоставляется реальная возможность переиграть заново ее эпизоды, быть честным и с каждым шагом все больше приходить к выводу, что тут только один виновный, и его Вадим видит в зеркале.

Когда я смотрел фильм, то пытался предсказать его финал. Как бы закончил его я, если бы был режиссером? Счастливого конца тут быть не может, тогда все, что переживал герой, стало бы фейком, фальшью. И все же я не смог предугадать концовку. А она оказалась очень сильной и при этом правдивой, но не уничтожающей, дающей надежду.

Я долго сидел в темноте, пытаясь понять, что же со мной произошло за эти полтора часа. Почему меня зацепил этот фильм? Почему я сижу в темной комнате ошарашенный, в тишине и не могу справиться с мыслями, которые настойчиво лезут в мою голову? Прочитав отзывы зрителей и очень редкие рецензии, я подумал, почему же фильм так и не дошел до многих зрителей? Почему ему дали ограниченный прокат, превратив его в обычное фестивальное кино?

А потом понял: потому что это честное кино, которое говорит нам правду, но не уничтожающую, а мотивирующую к поступкам. А мы так не любим, когда нам говорят правду. Мы не любим смотреть на самих себя, не на свои мечты или иллюзии, а на настоящих себя, без оправданий и увиливаний. Ведь фильм не о том, как человек превратил свою жизнь в пустышку и разрушил все то настоящее, что у него было, а о том, что его поступки влияют на жизнь наших детей, на их выбор.

Герою была дана возможность сделать второй актерский дубль, жизнь нам такого не предоставляет. У нас есть всего лишь одна попытка, но все же и в этой попытке мы можем что-то изменить, остановится и подумать над тем, что в нас самих пошло и гадко, а что реально. Никто нам не крикнет: «Стоп, лучше уже не будет, следующая сцена». Просто каждый наш шаг должен быть настоящий.
 
 
Христианство и демократия

Игнорируют ли Христиане некоторые стихи Библии?

Что такое любовь?

От мятежа к примирению

Атеизм и нежелание знать

Революция и покаяние

Предписания и свобода

Мужество перед лицом реальности

Стоит ли жить дальше?

Мы стоим на Скале

Какой вкус у льда? К юбилею Виктора Конецкого

Христиане и реакция на происходящее в мире

О печати зверя

О райском времени и вечности

Беспартийный Бог

Сверхъестественное присутствие

Может ли природа быть креативной?

Если Христос нас уже искупил, почему мы умираем?

Пасхальные чтения. Чехов накануне Пасхи

Пасхальные чтения. Пасхальные страхи Леонида Андреева
  следующие 20 >>